АПЭК о социальной структуре России и электоральных трендах 2026 года
Агентство политических и экономических коммуникаций представило аналитический доклад «Неравенство, запрос на перераспределение и коалиция поддержки власти в России», в котором рассматриваются взаимосвязи между социальным расслоением, механизмами перераспределения и трансформацией базы поддержки власти за последние 25 лет.
Авторы отмечают, что Россия сохраняет высокий уровень имущественного неравенства. По итогам первого полугодия 2025 года коэффициент Джини по доходам составил 0,41, а по концентрации богатства — 0,82. При этом за постсоветский период не только изменилась структура распределения доходов и активов, но и усилилось общественное внимание к проблеме разрыва между богатыми и остальными слоями населения. Если в середине 2010-х годов о таком разрыве говорили менее пятой части опрошенных, то к 2024 году — уже около трети.
В докладе подробно анализируется динамика показателей неравенства. Верхние 10% населения на протяжении 2011–2024 годов аккумулировали порядка трети совокупного денежного дохода, тогда как на нижние 40% приходилось около 15–16%. Коэффициент Джини по личному богатству, по оценкам международных баз данных, за 2000–2023 годы вырос с 0,74 до 0,83, что свидетельствует о долгосрочной концентрации активов и низкой чувствительности распределения богатства к экономическим кризисам.
Отдельное внимание уделяется структуре доходов домохозяйств. За последние десятилетия существенно изменилось соотношение трудовых доходов и государственных трансфертов. Если в 1990-е и начале 2000-х годов заработная плата доминировала, то к середине 2010-х разрыв между зарплатами и трансфертами заметно сократился. В 2022–2023 годах вновь усилилась роль заработной платы, однако трансферты остаются ключевым источником дохода для значительной части населения, особенно в нижних квинтилях распределения.
На этом фоне авторы прослеживают эволюцию коалиции поддержки власти. В начале 2000-х годов она носила максимально широкий характер и базировалась на экономическом росте, снижении бедности и росте занятости. В период после кризиса 2009 года и к 2012–2013 годам коалиция стала более структурированной: выделилось ядро, в которое вошли бюджетно-зависимые группы, прежде всего пенсионеры и жители малых городов и сельских территорий.
Период 2014–2018 годов характеризовался резким ростом поддержки во всех социальных слоях, что затрудняет точную оценку структурных изменений. В 2018–2021 годах, несмотря на умеренное снижение доходного неравенства, наблюдалась «негативная коррекция» поддержки, особенно среди части экономически активного и городского населения.
С 2021 года исследователи фиксируют этап «структурной перезагрузки»: сокращение децильного коэффициента в 2022 году, расширение адресных мер поддержки, введение единого пособия и усиление роли трансфертов для широких групп населения. Данные социологических опросов показывают, что наиболее устойчивый уровень доверия к президенту сохраняется среди старших возрастных групп, жителей сельской местности, а также среди занятых в государственном секторе и пенсионеров. При этом более высокий уровень образования и занятость в коммерческом секторе чаще коррелируют с меньшей степенью лояльности.
В целом доклад фиксирует, что высокий уровень неравенства формирует устойчивый общественный запрос на перераспределение, а конфигурация коалиции поддержки власти на разных этапах определялась сочетанием экономической динамики, структуры доходов и масштабов трансфертной политики.
